Попытки организовать нефтепереработку в Закамье

Лишь спустя почти полвека после упоминания о закамской нефти в столичной газете будет сделана попытка наладить ее регулярную добычу и промышленную переработку. Этот этап истории нефтеразработок связан с именем известного татарского старшины Надира Уразметова.

Надир Уразметов был выходцем из знатного татарского рода, имевшего земельные владения в Восточном Закамье, пожалованные еще казанскими ханами. После присоединения края к Русскому государству его предки переселились в Заказанье. Но в начале XVIII века Надир Уразметов вернулся в Закамье, где отыскал «пустопорожную землю между уездами Казанским и Уфимским по рекам Заю, Шешме и Черемшану», и обратился в 1729 году в Сенат с просьбой утвердить эти земли за ним. Закрепленные за Уразметовым в 1735 году, они получили название «Надировой волости».

Будучи человеком предприимчивым и образованным, знавшим сельское хозяйство и имевшим, очевидно, какие-то навыки горного дела, Уразметов попытался организовать в своей волости комплексное хозяйство. Одним из первых, используя петровский указ о «горной свободе», он начал строительство меднолитейных заводов на реке Кичуй и добычу медистых песчаников. А в 1753 году обратился в Берг-Коллегию с просьбой разрешить ему построить «нефтяной завод» на реке Сок для переработки собираемой нефти и торговли ею во всех местах и по произвольной цене. В качестве доказательства обоснованности своих планов он прислал в Берг-Коллегию образец нефти для соответствующих анализов. Они были проведены. Удалось установить, что нефть, присланная из Закамья, является тяжелой, но в целом достаточно хорошего качества.

Через несколько лет Берг-Коллегия выдала-таки разрешение на строительство завода. Академик П.С. Паллас, путешествуя в 1768 году по восточным провинциям России и проезжая по реке Сок, видел «завод при вершине Камышлы, да и другой завод был бы построен при Сургуте». Здесь, по его словам, Надыр Уразметов «намерен был собирать находящийся в здешних местах асфальт и делать из него нефть». Но, только начавшись, это строительство прекратилось из-за болезни Надыра Уразметова и отказа его компаньонов от дальнейших работ.

Между тем заинтересованная в организации нефтедобычи Берг-Коллегия прислала в Закамье для осмотра и фиксации месторождений топографа. Зубринского, который не только обнаружил «самое большое число нефти», но и нанес ее источники на карту. Его отчет считается первым картографическим свидетельством наличия нефти в Закамье и возможности ее промышленного освоения.

Примерно в это же время «рудных дел охотник» Яков Шаханин обратил внимание Берг-Коллегии на возможную нефтеносность правобережья Волги в пределах Казанской и Самарской губерний, в частности Сюкеевских нефтяных источников. Он также прислал образец нефти для анализа, но она оказалась на поверку водой со слабым содержанием нефти. Однако в заключении проводившего анализ доктора Аммана из Российской Академии наук сказано, что нефть эту «…можно… в лампадах вместо светильни употреблять, ежели самые тонкие и легкие ее частицы через дистилляцию отделять, то оная почти таковая будет, какова бывает персицкая нефть». Для разработки нефти и битумных залежей он создал компанию с целью постройки перерабатывающего завода, но по неизвестным причинам она распалась, так и не приступив к работе.

Были и более удачные опыты промышленного освоения нефтяных месторождений. В середине XVIII века в Бугульминском и Уфимском уездах было создано промышленное производство графа С.П. Ягужинского. Кроме нескольких меднолитейных и железоделательных предприятий, он владел двумя нефтяными источниками и заводом по переработке нефти. Судя по всему, нефтяные «рудники» представляли собой искусственно вырытые ямы, куда стекала вода с нефтью. Собранную и отстоянную нефть отправляли гужевым или водным транспортом в города для удовлетворения нужд государства и населения. Таким было простейшее предприятие по добыче и переработке нефти.

Однако, несмотря на относительную неудачу Надыра Уразметова и других пионеров промышленной добычи и переработки нефти, значение их усилий нельзя недооценивать. Фактически это были первые попытки практического использования закамской и предволжской нефти и битумов. Они не только привлекли внимание Берг-Коллегии к этим месторождениям, организовали сбор образцов и предварительные геологоразведочные работы, но и сделали практические шаги к их освоению.

В 1734 году была организована Оренбургская Академическая экспедиция по изучению полезных ископаемых Волго-Уральского региона. Большая заслуга успешной ее работы принадлежит видному российскому ученому, географу, историку и этнографу, члену-корреспонденту Российской Академии наук Петру Ивановичу Рычкову (1712—1777).

Именно в трудах этой экспедиции впервые дано научное описание нефтеносных месторождений на территории Восточного Закамья. П.И. Рычков оставил после себя огромное научное наследие, среди его трудов видное место занимает «Топография Оренбургская», вышедшая в свет в 1755 году. В ней автор неоднократно указывает на различные нефтепроявления как на реке Сок, так и в других районах Закамья и Заволжья. Например, описывая пригород Сергиевск (в верховьях реки Сок), он отмечает: «...поблизости сего пригорода находятся многие минеральные земли и воды, которые достойны нарочного описания, а особливо серы горючей и нефтяных вод находят тут много. Доктор медицины Риндер… сам видел множество водяных из гор текущих ключей и озер, в коих вода, по-видимому, хотя и чистая, но имеет сильный нефтяной запах, и на поверхности ея настоящая нефть видима».

После выхода в отставку П.И. Рычкова изучение Волго-Уральского региона проводили И.И. Лепехин и П.С. Паллас, Н.П. Рычков, И.П. Фальк. Труды этих ученых способствовали не только более полному изучению географии края и его полезных ископаемых, но и заложили основу современной науки, накапливая сведения о закономерностях расположения различных месторождений, особенностей их залегания и химического состава. В последней трети XVIII века практически все крупные месторождения полезных ископаемых были открыты, но не все из них представляли интерес для промышленной разработки.